Дмитрий Бондаренко


Previous Entry Share Next Entry
На опасных дорожках: интервью с Полом Верховеном (1990) (I часть)
dm_bondarenko
Обещанный aleksei_turchin месяц одного из главных режиссеров нашего детства - Пауля Верхувена (Пола Верховена) объявляется открытым!

Первоисточник: https://www.filmcomment.com/article/paul-verhoeven-total-recall-interview/.

Пол Верховен ждет меня в Театре Кэри Гранта, расположенном в корпусе Коламбия Пичкерз в Калвер-Сити, и я думаю, нравится ли ему подобная ирония. Ведь десять лет назад он был режиссером всемирно известных голландских арт-фильмов («Солдаты королевы», «Заводные»), зашедшим в тупик. А теперь он завершает монтаж одного из самых дорогих фильмов в истории Голливуда с участием одной из самых крупных кинозвезд (Арнольд Шварценеггера) и все это происходит на студии, в которой снимали один из самых любимых фильмов голландского режиссера – «Бен-Гур» Уильяма Уайлера. Разве это не плод фантазии?

Но за пределами парковки меня встречает настоящая жара. Она нещадно мучает, а сопутствующий смог обволакивает длинные белые здания и сопутствующие парковки. Такая же погода была и несколько лет назад, когда эта площадь принадлежала MGM и, несомненно, такая же температура была во времена Тальберга-Мейера; в те времена, когда на студии работали Гейбл, Гарбо, Харлоу и Бэрриморы. Тогда же Энди Харди проходил свои подростковые годы, а Джуди Гарленд танцевала под радугой. Но сейчас вы не увидите ни одного артефакта той эпохи (но через дорогу вы сможете увидеть здание MGM – стилизованное под треугольник с большим атриумом, украшаемым снаружи огромным логотипом льва; этот атриум именуется Фильмлендом и периодически в нем проводят показы таких фильмов, как «Убей меня снова» или «Мисс Фейрверк».

Чувствуя ли я пустоту, идя по жаре к Театру Кэри Гранта? Не совсем. Ведь я помни Луи Мейера, как босса, заставившего вырезать четыре пятых «Алчности» и попытавшегося подкупить главу RKO Джорджа Шефера, чтобы он уничтожил пленки с «Гражданином Кейном». Но я прекрасно чувствую утраченные возможности, связанные со всеми несостоявшимися или провалившимися блокбастерами. И трудно не почувствовать подобных ассоциаций, когда думаешь, что на «Вспомнить все» ушло более $50 млн.; что его десятилетний запуск сопровождался рекордным числом фальстартов (включая начало прекпродакшена с Дэвидом Кроненбергом и Брюсом Бересфордом) с тех, пор как авторы «Чужого» Дэн О’Бэнном и Рональд Шассет написали этот сценарий.

«Вспомнить все» кажется странным выбором для Пола Верховена – история об Арнольде Шварценеггере, борющемся с коррумпированной олигархией на Марсе. Но Пол Верховен включил в него свою раблезианскую непристойность и динамичное насилие, игру между реальностью и психозом, идею о том, что есть что-то внизу, что противоречит тому, что мы думаем и видим или тому, что нам говорят.

В течение 10 лет сценарий «Вспомнить все» страдал от проблемы «третьего акта» и она так и не была решена. Но первые две трети фильма точно соответствуют внутренней мозаике Пола Верховена. Ведь этот фильм был основан на рассказе мастера паранойи Филиппа Дика «Воспоминания оптом и в розницу» - сложной мозаике, в которой простой человек пытается стать великим путем вживления в свой мозг фальшивых воспоминаниях, в которых он суперегерой, спасший Землю и Марс, но только обнаруживает, что его жизнь еще одно фальшивое воспоминание и он является супергероем … может быть. Филипп Дик любит заигрывать с реальностью, как и Пол Верховен. Но подобный сюжет больше напоминает не «Робокопа», а другой фильма Верховена – «Четвертый мужчина». В этом фильм Ерун Краббе играет бисексуального и фанатично религиозного писателя, постоянно находящегося в мире на грани реальности и фантазии, состоящего из двойных смыслов и зловещих событий, а также кошмаров, которые окончательно расшатывают его воспаленное сознание.

Но никто не может выглядеть более физически здоровым и наименее психически больным, чем появляющийся из монтажной Пол Верховен. Режиссеру уже за 50, но он прекрасно выглядит, разумен и наделен отличным чувством юмора. Выскакивая из монтажной, режиссер ведет меня в сторону кафе и у нас есть только час для интервью, но как я могу получить больше у человека, у которого каждая лишняя минута может принести убыток в сотни тысяч долларов? После того, как мы заказали одинаковые блюда (курицу и рис), он начинает говорить в маленький диктофон Sony. Пол Верховен говорит быстро и проворно и по мере разговора, скорость его речи только возрастает.

Его фильмы также отличаются невероятной скоростью. Сняв «РобоКоп», Пол Верховен быстро заткнул за пояс других голливудских режиссеров хайтекового экшена: Ричарда Доннера (серия «Смертельное оружие»), Джона Мактирнана («Крепкий орешек»), Джеймса Кэмерона («Терминатор»), Тони Скотта («Полицейский из Беверли-Хиллз II») и Уолтера Хилла («48 часов»). Все эти режиссеры работали по стопам «Французского связного» и «Грязного Гарри», но разбавляли их хромированным обрамлением и снижали градус драматической и интеллектуальной составляющей. Верховен, как и Кэмерон, достиг высот в жанре, который явно не в числе его любимых. «Робокоп» является критикой других фильмов про супер-полицейских – ехидное, но серьезное обличение их фашистских полутонов. Люди, шокированные насилием «РобоКопа», забывают о его некоторых тонких моментах: эмоциональное лицо Питера Уэллера как железного полицейского и даже сцену падения с лестницы ED-2000, кричащего как раненый ребенок.

Мир Верховена полон контрастов. Рационалист и ехидный скептик, порвавшего все клише боевика в «РобоКопе» и клише средневекового фильма в «Плоти и Крови». Человек, получающий удовольствие от откровенного отображения сексуальности и насилия, но также бывший Пятидесятник (фундаменталистическая секта, членом который был Джимми Свагерта) и поклонник оккультизма. Он реалист, старающийся отобразить реальную жизнь, но почти все его фильмы содержат налет лихорадочности и бреда. Его мир также полон стереотипных жанров, перемешанных с религиозными аллюзиями, создающими шизоидные кошмары. Этот налет кошмара хорошо чувствуется в «Четвертом мужчние» и менее очевиден в «Заводных» - параноидальном переосмыслении фильма о молодежном успехе. Мир Верховена наполнен неровностями и своеобразием, состоящим из дерганных ритмов и падений. Его фильмы – обычно динамично смонтированные, как фильмы Николаса Рэя, - одни из самых нервных и они всегда летят только вперед. И очень редко Верховен позволяет своим героям момент для остановки и отдыха.

Его скорость снижается только когда он хочет заняться своей любимой темой человеческих связей и жизнестойкости. И эту тематику прекрасно отражают его любимые голландские актеры: милый путешественник Рутгер Хауэр, городской гедонист Ерун Краббе, убийца мужчин Рене Саутендейк и сексуальная оппортунистка Моник ван де Вен. Сексуальность – одна из тех тематик, которую он рассматривает откровенно и грубо и с легким бергмановским налетом, чьи фильмы очень любит Пол Верховен. Также он очень ценит Сергея Эйзенштейна, Альфреда Хичкока, Федерико Феллини, Дэвида Лина и также в этом интервью я узнал, что он весьма высокого мнения о Сэме Пекинпа.

Я уже проводит интервью с Полом Верховеном и я знаю, что его ум всегда бежит в десяти разных направлениях. Режиссер изучал математику в университете и даже получил степень и жил в четырех странах. Английский является его вторым языком, а может быть третьим или четвертым, но Пол Верховен очень быстро говорит по-английски. Речь Верховена похожа не его фильмы: на первый взгляд она прямая, жесткая, авторитарная и насмешливая, его речь быстро перескакивает с темы на тему и полна новых образов, возникающих с невероятной скоростью. Когда будете читать интервью помните, что он говорит, практически не раздумывая, часто смеется и скорость его речи только повышается. Последняя половина интервью уместилась в 15 минут и только потому что мы все доели. Когда мы закончили, он ускакал в Театр и пригласил меня на следующую «мене скучную» монтажную сессию (к сожалению, у меня не получилось). Возможно именно это качество роднит Пола Верховена с канонами американского кинематографа – он не хочет, чтобы вы скучали.

FC. Что вам привлекло во «Вспомнить все»?
ПВ. Если я могу так выразиться, то «РобоКоп» для меня был историей о Потерянном рае, конечно это преувеличение, но именно эта тематика заложена в глубине фильма. А, в свою очередь, «Вспомнить все» был связан со страхом психоза, одной и той же недооцениваемой ситуации, поняли? Этот фильм связан со страхом – с личным страхом – что психоз может повлиять на мой мозг.

FC. Как «Четвертый мужчина».
ПВ. Да, немного, но я вижу больше взаимосвязи с «Отвращением». Когда мило ведущие себя люди внезапно становятся монстрами и преступниками, желающими убить тебя; когда опасность караулит на каждом углу и это кажется нормальной ситуацией. Если реальность внезапно меняется в подобной степени, то это случай для людей с психозом. И конечно у «Вспомнить все» есть этот элемент.
Для публики, каждый момент этого фильма кажется реальным. Но когда вы переходите к следующей сцене, вы начинаете сомневаться в предыдущей, не так ли? Я конечно преувеличиваю, потому что ужасно так поступать с публикой и это возможно приведет к всеобщему помешательству. Но периодически вы понимаете, что то что вы видели раньше, вам нужно рассмотреть в другом ключе – была ли реальность или неверно истолкованная реальность?

FC. Искажения реальности в «Четвертом мужчине» представлены в столь жесткой форме…
ПВ. Ну… главный герой «Четвертого мужчины» - Герард Реве – помешанный на католицизме писатель. Поэтому вы можете рассматривать «Четвертого мужчину» как психоз Реве, у которого галлюцинации о том, что злая женщина – дьявол и паучиха (Рене Саутендейк) пытается убить его, а женщина в синем – Богородица пытается его спасти… Ну да, это вполне психопатическая ситуация.

FC. Присутствует ли религиозная подоплека во «Вспомнить все»?
ПВ. Нет, хотя Филипп Дик был очень помешанным на религии человеком. Но «Вспомнить все» основывается на идеях, как и «Бегущий по лезвию», также на основе работы Дика, был… Но конечно, религия и психоз могут не сильно расходиться.

FC. Сделали ли вы фильм как вам хотелось?
ПВ. Да, я думаю, что мне не пришлось делать значительных уступок. Но я думаю, что нужно всегда готовиться к непредсказуемым вещам на съемках. Ведь если вы пытаетесь упирать на съемочную предсказуемость как Хичкок, то от этого теряешь удовольствие. Ведь съемки должны быть полны открытий и приключений.

FC. Обнаружили ли вы что-то интересное на съемках «Вспомнить все»?
ПВ. Нет, не особо. Я имею в виду… что я обнаружил какой объем страданий я способен переварить и продолжить работу (смеется).

FC. Съемки «Вспомнить все» были более болезненным опытом, чем съемки «РобоКопа»?
ПВ. Да, потому что ситуация в Мексике была очень тяжелой. Я постоянно болел и конечно «Вспомнить все» был более сложным фильмом. Было много технических аспектов, которые я раньше никогда не делал – синий экран, специальные эффекты требующие ювелирной точности. И нужно было воссоздавать всю ситуацию, потому что действие фильма происходит на Марсе, на который мы пока не можем полететь для натурных съемок.

FC. Как вы боролись с болезнями?
ПВ. Некоторые люди лежат сутками в кровати. Но я не мог себе этого позволить, чтобы не сорвать съемки. Но я могу вернуться в Мексику, потому что Эдвард Прессман предложил мне снять фильм о Кортезе. Я рассматриваю этот вариант, который имеет очень большой бюджет – $60 млн…

FC. Каково вам было работать со Шварценеггером?
ПВ. Арнольд крут. Перемена Рутгера Хауэра на Арнольда не кажется таким уж радикальным шагом. Из моих уст это странно звучит, потому что он является этим безумным австрийцем с жутким акцентом, но для меня Арнольд – американский Ругтер. Мне кажется, если бы мне удалось снять несколько фильмов с Арнольдом, то я бы продвинулся с ним настолько же далеко, насколько я продвинулся с Рутгером. Конечно, не совсем верно было начинать с этого фильма… Но я думаю, что вы можете сделать намного больше с Арнольдом, исследовать новые возможности, превышающие необходимые для этого фильма.

FC. Его всегда снимают в роли шкафоподобных и немногословных персонажей.
ПВ. И именно это представление об Арнольде я хотел сломать.

FC. Как вы думаете у вас получилось?
ПВ. Да, я думаю у меня получилось. Он стал одновременно героем и обычным, неуверенным и уязвимым парнем, который не знает, что происходит и почему это происходит… и кто потерялся в этом мире. Эту черту использовали немного в «Близнецах», но особенно точно она отразилась в «Оставайся голодным».

FC. Вы любите пачкать своих актеров.
ПВ. Это было легко с Арнольдом. Арнольду это нравится и он не испытывает дискомфорта от обмазывания в грязи, крови и иных подобных вешах.

?

Log in

No account? Create an account